Это зависело от места, времени, того, кем и с кем велась тяжба. В Скандинавии, в Англии, где долгое время сохранялся слой свободного крестьянства, они имели возможность в графском или королевском суде отстаивать свои права. Когда с возникновением поместий и вотчин возникли и вотчинные суды, т. е. право суда перешло от короля к сеньору, зависимый крестьянин на практике потерял возможность обращаться в более высокие инстанции, хотя теоретически у него такое право сохранялось.
Правда, и в это время бывало, что при великих злоупотреблениях со стороны сеньора приходилось вмешиваться графским или королевским судьям. Это случается все чаще со времени начала централизации, поскольку короли тогда стремились вернуть себе право суда. Генрих II Плантагенет в Англии, Филипп Август во Франции, Афонсу IV в Португалии и другие учреждают королевские разъездные суды или должности разъездных судей. Они объезжали земли королевства, разбирая спорные случаи.
Документы донесли до нас свидетельства того, как в английском парламенте разбирались крестьянские жалобы на неправый суд местных сеньоров. А одна из португальских грамот поведала любопытную историю претензий крестьянской общины к своему сеньору: монастырь обвинял своих крестьян в том, что они не сдали 50 дюжин тыквенных пирогов и по пинте сметаны ко дню Святого Духа; крестьяне же отвечали, что монастырь не платил тем, кого нанимал на жатву, и не обеспечивал пропитание тем, кто привозил оброк, и их лошадям. По суду монастырь был принужден выполнить свои обязательства, а крестьяне — выплатить оброк, но в меньшем объеме. Другой случай — свидетельство того, к чему могли апеллировать крестьяне в своих тяжбах. Потерявшие свою договорную грамоту крестьяне португальской деревни Каштелу-Вьегаш платили своему сеньору оброк по его требованию; однако, найдя копию грамоты, они попросили перевести ее с латыни на португальский и, увидев, что там оброка нет, отказались его выплачивать. Суд признал это справедливым.
Свидетельств таких решений становится больше в позднее средневековье, с освобождением крестьян от личной зависимости. Известно множество обращений французских крестьянских общин во французский парламент и решения в пользу крестьян тяжб. Разумеется, таких документов у нас относительно мало, и по разным причинам, в том числе и потому, что средневековый суд придерживался формального признака: чем выше статус человека, тем больше оснований верить в его правоту. Кроме того, суды во все времена поддавались нажиму со стороны сильнейших, а судьи всегда подкупались. И тем не менее, как мы видим, крестьянин не всегда был страдательным лицом, а правосудие было присуще средневековому суду не в меньшей степени, чем любому другому.
