Моего дедушки я ничего припомнить не могу. Потом я начинал с него и
Вспоминал все в обратном порядке, пока не доходил до войны. Я вспоминал, как после смерти дедушки мы переезжали из старого дома в другой, выстроенный по указаниям моей матери. На заднем дворе жгли вещи, Которые решили не перевозить, и я помню, как все банки с чердака побросали в огонь, и как они лопались от жары, и как ярко вспыхивал спирт. Я помню, как змеи горели на костре за домом. Но в этих воспоминаниях не было людей; Были только вещи. Я не мог даже вспомнить, кто бросал вещи в огонь, и я Вспоминал дальше, и когда доходил до людей, то останавливался и молился за Них. Думая о новом доме, я вспоминал, как моя мать постоянно наводила там Чистоту и порядок. Один раз, когда отец уехал на охоту, она устроила Генеральную уборку в подвале и сожгла все, что там было лишнего. Когда Отец вернулся домой и вышел из кабриолета и привязал лошадь, на дороге у Дома еще горел костер. Я выбежал навстречу отцу. Он отдал мне ружье и Оглянулся на огонь. - Это что такое? - спросил он. Я убирала подвал, мой друг, - отозвалась мать. Она вышла встретить Его и, улыбаясь, стояла на крыльце. Отец всмотрелся в костер и ногой поддел в нем что-то. Потом он Наклонился и вытащил что-то из золы. Дай-ка мне кочергу. Ник, - сказал он. Я пошел в подвал и принес кочергу, и отец стал тщательно разгребать
|
