Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Приручённое чудовище, Глава 4




Доверь свою работу кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

- Привет. – Сэхун машет, только видит, как Лухан выходит из подъезда. Лухан улыбается, машет в ответ, отпускает дверь и в два шага преодолевает расстояние между ними, тут же обнимая младшего за шею.
- Сэхун. – выдыхает он и Сэхун обнимает в ответ, хотя и удивляется.
- Что-то случилось? – интересуется он. Лухан отстраняется и улыбчиво глядит на охотника.
- Всё хорошо! – довольно заявляет он.- Нет, всё просто прекрасно!
- Всё наладилось? Дома? – переспрашивает О.
- Да! – Лухан легко хлопает в ладоши. – Ну, пошли?
Сэхун кивает и устремляется следом несущемуся впереди Лухану, который подпрыгивает на месте, хлопает в ладоши и звонко, заливисто смеётся.

Охотник наблюдает за ним, пока они сидят в кафетерии и пьют ароматный чай. У Лухана не закрывается рот, глаза сияют и он выглядит выспавшимся, здоровым, живым и главное счастливым.
- Что? – удивляется он, когда взгляд напротив чувствуется буквально материально.
- Прости. – Сэхун краснеет от собственных действий. – Просто пытаюсь привыкнуть. Рад, что всё нормально. В последнее время твоё настроение было плохим. – охотник пожимает плечами, подпирая щёки кулаками.
- Я ваты сладкой хочу. – вдруг выдыхает Лухан. – В парк пойдём? – он вроде как спрашивает, но получается утверждение. Сэхун встаёт следом, влезая в рукава куртки и нагоняет старшего на пороге кафетерия. Ливень застаёт их во время прогулки.

 

POV Джунмён

«Хён, мв забежтм, ато намоклти!» - смс от Сэхуна выглядит забавно. Он писал прямо под дождём? Я лениво потягиваюсь и снова сажусь, от чего голова заходится кругом. В последнее время моё давление примерно как у трупа и меня активно притягивает к земле настолько, что на ногах тяжело стоять.

Вхожу на кухню, поставив чайник, и опираюсь о подоконник, откуда и вижу Сэхуна и он, как и предполагалось, не один. На улице льёт, как из ведра да ещё и холодно. Мальчишки устремляется к подъезду, прячась из вида, и я иду в коридор к домофону, который начинает звонить буквально в моих руках.
- Боже, хён, там просто ад. - Сэхун порывается меня обнять, но вспоминает, что он промок до нитки и отстраняется, улыбаясь. – Мы замёрзли и промокли. – он за руку тянет в квартиру за собой мальчишку, Лухан, кажется так его зовут, и тот выглядит даже младше Сэ. Они входят, я закрываю за ними дверь и неспешно двигаю на кухню. Пока готовлю чай, эти двое усаживаются за стол на мягкий уголок, и я предоставляю им по паре тёплых тапок и два небольших пледа с полотенцами, в которых кутаются мокрые головы.
- Хён, ты просто спасение. – выдыхает Сэхун. – Как дела? Рассказывай, ты уже сто лет не звонил.
- Могу то же самое сказать, но о твоих визитах. – отвечаю я, поставив перед ними две больших чашки чая и доставая печенье и шоколад, а себе наливая крепкого кофе в большую чашку.
- Хён, до сих пор плохо, да? – выдыхает донсен, глядя в каком количестве я пью кофе.
Я тру виски и отпиваю кофе, а потом улыбаюсь.
- Нормально, жить буду. Не болтай – жуй. – киваю я.
- Я читал, что можно использовать адреналин в определённых количествах для повышения давления. – говорит Лухан и мы с Сэхуном устремляем на него взгляды. – Давление скакнёт, если в умеренных количествах. Оно не станет супер высоким, но хотя бы нормализуется. По крайней мере, такое, кажется, практикуют в больницах. – мальчишка пожимает плечами.
- Хёна не загонишь в больницу. – выдыхает Сэхун, угрожая мне рукой с печенюшкой, а потом отправляет её в рот. – Даже когда ему хорошенько перепадёт на охоте, что бывает редко, но всё же бывает, он отлежится дома. Это ему надо так влететь, чтобы в больницу поехать, наверное, при смерти быть. – Сэхун хмурится и я негромко смеюсь.
- Где гуляли? – интересуюсь в ответ.
- Ходили за сладкой ватой, а потом пошли по проспекту и тут дождь и….
- И плакала наша прогулка. – приговаривает Лухан, чокаясь чашкой чая с Сэхуновской, а потом вздрагивает от того, что где-то под одеждой звенит телефон. Мальчишка вынимает его где-то из внутреннего кармана своей кенгурухи, читает и отвечает на смс, а потом прячет и снова хватается за чашку. Они с Сэхуном сидят достаточно близко, прижавшись плечами, и я безмолвно наблюдаю за ними. На вид, кажется, почти одногодки, хотя глаза Лухана глядят осмысленно и зрело, а Сэхуновские – блестят детством. Оба светловолосые, красивые и даже чем-то похожи, а ещё словно дети, уплетают за обе щеки шоколад.
- Фён, фстати, када аканчивается тельмин твоего офстранения? – интересуется донсен.
- Прожуй, я из всего этого только «хён» и понял. – смеюсь я, потрепав его по щеке.
- Когда на охоту? – переспрашивает он, глотнув и запив чаем.
- Через пару дней. - киваю я. – Сэхун жаловался, что вы давно не виделись. Всё наладилось? – Лухан глядит в ответ очень внимательно, прищурившись, а потом улыбается.
- Да, спасибо. – отвечает он, переводя взгляд на Сэ, и они улыбаются друг другу.
- Дождь закончился. – замечаю, посматривая в окно.
- Выгоняешь нас? – Сэхун хитро улыбается.
- Нет, но если будете сидеть – телевизор не громко и самим не шуметь. – я сгружаю посуду в раковину, когда сознание снова играет со мной шутку.
- Хён! – Сэхун подхватывает под локоть, обнимая другой рукой за талию. – Ты чего?
- Стою, нормально. – уверяю я.
- Обещай, что завтра поедешь больницу и проверишься до охоты, если это не пройдёт. – донсен становится серьёзным.
- Обещаю . –киваю
- Ну значит мы пошли дальше гулять. В следующий ливень уже не придём. – он подмигивает мне, утягивая Лухана за собой за руку в коридор.

Я прощаюсь и возвращаюсь в спальню, хлопает дверь, и мальчишки уходят. Я замираю в центре своей комнаты, ёжусь от прохладного ветра сквозь распахнутую дверь балкона, пару раз моргаю, не понимая, почему открыв глаза, всё ещё темно, и просто падаю.

Запах нашатыря впитывается в кожу, в мозг, в мысли, в нервы, в кровь, в кости, в хрящи, в суставы и когда я пропитываюсь им полностью, резко распахиваю глаза и медленно прихожу в сознание. Из темноты выплывает образ сидящего надо мной человека с банкой вышеупомянутого спирта в руках, и несколько мгновений спустя я узнаю в нём Джонина.
- Почему я пришёл, а ты на полу? – интересуется он скептическим тоном, вскидывая бровь.
- Что ты здесь вообще делаешь? - интересуюсь я в ответ.
- Я пришёл за курткой. – он протягивает мне руку и помогает сесть. – Бэкхёновская для меня как-то маловата, не находишь? – он кивает на свои плечи, на которые наброшена чужая.
- Не думал, что ликаны мёрзнут. – отвечаю я, прикрыв глаза и потирая виски.
- День на улице, не могу же я по городу бегать в шерсти или в футболке. – отвечает он и я снова кривлюсь, когда он протягивает мне бутылочку с нашатырем, и тут же отворачиваюсь. – Ну так почему мы на полу?
- Давление упало. – отзываюсь я, открывая глаза и часто моргая.
- Да уж. – он встаёт на ноги снова протягивает руку, помогая и мне встать. – Рассказать тебе правду? – он прикусывает губу.
- Какую? – я присаживаюсь на край собственной кровати.
- Это не давление. Раньше охотники добровольно кололи себе кровь ликанов, словно наркотик. Такие охотники, способные бороться с вирусом зверя в своей крови, хотя его было и не много, считались наилучшими, самыми сильными и отверженными, ибо не каждый мог вынести это долго. – Джонин поправляет на своих плечах чужую куртку и садится в кресло у моего стола. – Это делалось с той целью, чтобы после такой инъекции охотник мог выследить любого ликана. Он уподоблялся зверю, у него обострялись рефлексы, и таких охотников действительно боялись.
- Хочешь сказать…? – я вскидываю на него взгляд.
- Думаю, твой организм, наконец, понял, что струится в его венах. – кивает он.
- Но мне заклеймили исключительно руку. – я фыркаю.
- А там, по–твоему, ни вен, ни артерий, ни капилляров? – Джонин хмыкает.
- Как охотники лечились после такой инъекции? – спрашиваю я. – Они же лечились, да? – голова снова кружится и я падаю на подушку.
- Серебром. – отвечает Джонин. – Настойкой из разведённого серебра в таком же количестве, как и кровь ликана до этого. Не то, что ваши варварские способы стрелять в себя. – Джонин передёргивает плечами. Его чёрные глаза глядят на меня очень пристально, изучающее, или скорее выжидающее.
- И как долго охотник выдерживал под такой дозой? – я поднимаю голову с подушки, глядя на него.
- Судя по моим подсчётам, ты должен уже разлагаться. – Джонин пожимает плечами. – Давно должен.
- Отлично! – я снова падаю на подушку, закрывая глаза. – Раньше ни с кем такого не было.
- Раньше на такое шли и выдерживали только величайшие охотники. Оно и действовало только на величайших. Слабые дохли, как мухи, обычных охотников клеймило, а величайшие становились…не знаю, что может быть больше величайшего. – Джонин задумывается.
- Если меня заклеймило, значит я обычный охотник, ну так какого тогда чёрта я всё ещё не разлагаюсь, давно? – я снова поднимаю голову с подушки
- Кто сказал, что ты обычный охотник? – он поднимает взгляд, глядя мне точно в глаза совсем серьёзно.
- Ты стал считать меня величайшим охотником после того, как я почти сумел убить тебя? - теперь я хмыкаю. – Раньше-то, по твоему мнению, я был слабаком, с тонкой кишкой и вообще безопытным, безмозглым кретином.
- Про кретина я ничего не говорил никогда. – Джонин фыркает. - И вообще, у нас был жестокий антагонизм, я не подбирал слов.
- А сейчас нет? Сейчас подбираешь? – я приподнимаюсь на локтях, чтобы полноценно взглянуть ему в лицо.
- Зачем, я, по-твоему, спас тебя, Ким Джунмён? – он подаётся на стуле вперёд.
- Только не спрашивай у меня, зачем я это сделал. В знак благодарности. – я киваю.
- Быть, может, ты просто не знаешь о тех возможностях, которые открыла в тебе кровь ликана. - он снова откидывается на спинку стула.
- Предлагаешь проверить? – я вскидываю брови, хотя он этого и не видит.
- На мне что ли? – удивляется. – Ещё чего, я пришёл за курткой.
- Ты как ребёнок. – смеюсь я негромко.
- Друг мой, я старше тебя лет в пять. – уточняет он. – Не на пять, а в пять, если ты учил в школе математику.
- Я уже твой друг? – я усмехаюсь.
- Не придирайся к моим словам, и не драконь меня. Прекрасно знаешь, что мне ничего не стоит покалечить тебя. – бросает он, складывая руки на груди.
- Может, это моя цель! Заодно и проверим действие крови ликана в моей крови. Но я не чувствую никакого прилива сил.
- Это потому, что первый раз. Многие наркоманы в первый раз тоже кайф не ловят. – он встаёт на ноги. – Интересно было бы посмотреть. – он оставляет куртку Бэкхёна на моём стуле, в один прыжок оказывается рядом и рывком за руку поднимает меня на ноги. – Ну!

Я замахиваюсь, но мою руку ловят, избегая правого хука, потом и левую, и губы напротив растягиваются в улыбке, а затем брови хмурятся и он шипит сквозь зубы, а затем и гортанно рычит, потому что в любом случае у меня остаются ещё колени. Он становится бдительнее и легко отражает все мои удары или атаки и в удивлении вскидывает брови только тогда, когда моя ладонь сжимается на его горле, и резко рванув вверх, я понимаю, что его ноги стремительно отрываются от пола. Вот тут-то мы оба понимаем всю суть этого.

Мы сидим на моей кухне друг напротив друга, он с разбитой бровью, а я с разбитой губой.
- Мне было неплохо и без этого. – я вздыхаю.
- Когда клеймо снимут и тебя распечатают, думаю, всё исчезнет. – он отнимает палец от разбитой брови и слизывает с него капельку крови – мгновенье, и его бровь целая. – Смотри-ка. – чужой большой палец чёркает по моей нижней губе и я отстраняюсь, избегая его прикосновения и облизываю губу следом, но вкуса крови не ощущаю, и понимаю о чём он.
- Регенерация. – выдыхаю. – Хоть один плюс, но в таком состоянии, с постоянным возможным обмороком я вряд ли кого-то сейчас поймаю без револьвера голыми руками.
- Светскую же беседу ведут ликан с охотником на кухне в квартире последнего. – замечает Джонин.
- Кстати, да. – я встаю. – Извольте откланяться, сударь. И чтобы я тебя здесь больше не видел. Третьей встречи в подобной обстановке уже не будет. Я снова смогу охотиться и ты станешь для меня такой же мишенью, как и все.
- Знаю, добыча. – он усмехается и встаёт, а потом открывает окно в кухне. – Смеркается. Ещё немного. – он забирается на подоконник коротким прыжком. – Ведь тени исчезают в полночь, верно? – оборачивается на меня и выскальзывает наружу.

Обе куртки: и его, и теперь уже Бэкхёна, остаются у меня. Наверное, стоит отдать Чанёлю, чтобы тот передал.







Дата добавления: 2015-09-15; просмотров: 229. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.018 сек.) русская версия | украинская версия